Возвращение к истокам: путешествие Уильяма Сарояна в Битлис в 1964 году

Родители Уильяма Сарояна покинули Битлис в начале XX века, и этот утраченный Эдем стал главным мифом его творчества. В 1935 году он четырежды посетил Советскую Армению, но она была лишь политическим воплощением родины. Настоящим же, сакральным центром оставалась Западная Армения — и конкретно Битлис, город его отца.
Забел Сароян (сестра), Такуи Сароян (мать), Генри Сароян (брат), Арменак Сароян (отец), Козетт Сароян (сестра), ок. 1906 год в Нью-Джерси. Источник
В мае 1964 года эта мечта стала реальностью. Получив необходимые разрешения, 56-летний писатель в компании трёх попутчиков на автомобиле отправился в семисотмильное путешествие из Стамбула через Анкару, Трабзон и Эрзурум.
16 мая 1964 года он ступил на землю Битлиса. В своем дневнике он зафиксировал этот момент с пронзительной простотой, стирающей границу между поколениями:
«В 1905 году мой отец покинул Битлис, в 1964 году я впервые в жизни приехал в Битлис. В некотором смысле я вернулся в Битлис, словно я сам был своим отцом, после многих лет отсутствия».
То, что он увидел, стало для него тяжёлым, но необходимым откровением. Город, хранившийся в его сердце как цветущий край, предстал перед ним призраком. Турецкий журналист Юсуф Назым, свидетель тех дней, оставил детальное описание состояния писателя:
«В Битлисе он бегал с детьми туда-сюда, каждого встречного называл “соотечественником”, целовал деревья, камни и земли, увидел море своей мечты — озеро Ван, испил воды. Увидел старые, разрушенные дома, церкви со склонившимися куполами, однако не увидел могил. Ни в одном из 4 кладбищ города не осталось ни одной могилы. На основании одной церкви была построена тюрьма, другая превратилась в конюшню. Он нашёл один дом, который, вероятно, был его отчим домом. Он опустился на колени и беззвучно заплакал. Он не чувствовал ненависть, не пережил злость».
Отсутствие ненависти в его слезах — это высшая точка сарояновского гуманизма. Он приехал не судить историю, а обнять землю.
Для Сарояна эта поездка имела колоссальное экзистенциальное значение. Как отмечают исследователи его творчества, отец для писателя всегда был идеализированным, мифологизированным образом, который слился с самим городом. Посетив Битлис, Сароян встретился не просто с руинами, а с самим собой — с тем мальчиком из Фресно, который рос на рассказах о потерянном рае.
Козетт Сароян (сестра), Хачик (он же Арчи) Минасян (двоюродный брат), Уильям Сароян, Гурген (он же Кирк) Минасян (двоюродный брат), 1920-е годы, Фресно. Источник
Этот опыт трансформировался в творчестве. В 1975 году, спустя одиннадцать лет после поездки, он написал пьесу «Битлис» (Bitlis), пытаясь художественно осмыслить этот разрыв между памятью и реальностью. В своих путевых заметках он задавался вопросом, что такое родная земля:
«Это солнце, трава под ногами, истории, лица, люди? Скорее всего, это прихотливое сочетание всего вместе… Если же этого нет — земля иссушается, покрывается сеткой морщин и превращается в мираж».
Ценность этого путешествия заключалась в закрытии внутренней пустоты. Сароян, писавший по-английски об Америке, окончательно утвердил себя как армянского писателя. Он физически соединился памятью своего рода. Когда Уильям Сароян скончался в 1981 году, его воля стала последним актом этого возвращения: половина его праха похоронена во Фресно, а половина предана армянской земле.
Источники:
Полудокументальный фильм «Страна Сарояна»: в поисках вечности;
Все фотографии, использованные в статье, с сайта Foreversaroyan.